Site icon Бизнес-журнал The Chief

ПИТЕР ВУЛЛИНГС: «У МЕНЯ ПРЯМАЯ СПИНА»

 Генеральный директор Philips в России и СНГ рассказал редактору Chief Time о том, почему принимает сложные решения после пробежки, какие собственные качества смог открыть только в россии и какова оборотная сторона веселого нрава.



 


Питер, что вы думаете о своей задаче на Земле?

У всех нас есть предназначение в жизни, и мы не знаем, что будет после смерти. Поэтому одна из моих личных миссий – прожить жизнь с наслаждением, удовольствием. Это никак не связано с зарабатыванием денег. Как говорит мой дядя: «Я никогда не видел на похоронах гроб, позади которого едет сейф».

Вторая личная миссия – я хотел бы добиться определенных достижений, чтобы после меня остался след, чтобы люди могли сказать: был такой Питер Вуллингс, и он сделал то-то и то-то.

И третье, что считаю важным: я хочу прожить жизнь, помогая людям. Например, работая в Индии, я помогал даже адресно.

 

Ваши жизненные цели и задачи как-то эволюционировали?

Думаю, да. Насчет первой миссии – проживать жизнь с удовольствием – это я унаследовал от родителей, которые происходят с юга Голландии. Те земли долгое время были под правлением Бургундии, а французы известны тем, что любят хорошую еду, хорошие напитки и хорошие развлечения. Насчет второй миссии, каких-то больших достижений: конечно, мне всегда хотелось достигать целей. Но будучи молодым, я не мог даже мечтать о том, что когда-нибудь стану генеральным директором такой компании, как Philips. Поэтому миссия эволюционировала.

 

Говорят, что дети часто повторяют судьбу своих родителей. В вашей истории как было?

Мои родители врачи: отец – стоматолог, мать – ветеринар. И вся жизнь строилась так, что я должен был следовать по их пути, стать доктором. Даже курсы, которые я выбрал в учебном заведении, были медицинскими. Но после того как я трижды поприсутствовал на операциях, понял, что не могу смотреть на кровь. Впрочем, если вспомнить, что у докторов такая же миссия – улучшать качество жизни людей, то я с ними делю миссию, но делаю это немного с другого угла.

 

Поиски своего пути были для вас чередой случайностей или вы точно знали, куда и зачем идете?

Больше это походило на череду случайностей. Помню, как пришел в компанию стажером. Мне понравилось, и я остался работать в подразделении внутреннего аудита. Мне исполнилось 28 лет, когда у нас возникла небольшая проблема в Индии. Руководитель оглянулся в офисе, посмотрел на меня и сказал: «Почему бы тебе не поехать и не заняться этим?». И поскольку я как раз до этого курировал некоторые проекты в Индии, немного знал о культуре, обрел даже нескольких приятелей там, то, не задумываясь, согласился. Затем отправился в Индию и добился успехов, которые руководство заметило и перевело меня дальше – в Сингапур.

Я всегда работал в финансах, и так получалось, что несколько моих руководителей, один за другим говорили, что видят во мне навыки лидера общего профиля. Когда об этом сообщил четвертый директор, уже в Сингапуре, то я снова подумал: «А почему бы и нет?». И начал готовиться к руководящей роли в Испании, но случилась Россия. Здесь немного холоднее, но мне нравится.

 

Какие качества помогли вам стать лидером?

Непросто рассуждать о своих качествах, тем более что нельзя умалять определенный элемент везения. Хотя мудрые люди говорят, что везет тем, кто достоин. Из личных качеств могу отметить, что внутренне я очень сильный человек. У меня всегда прямая спина – я не качаюсь от ветра. И не увлекаюсь политическими играми

– всегда говорю прямо и стараюсь действовать по своей вере и убеждениям. Думаю, что те, кто отмечал меня, видели смысл в этом преимуществе.

Вторым качеством назову хорошие коммуникационные навыки: мне часто говорят, что со мной легко общаться. Я всегда был экстравертом, это помогает налаживать контакты, связи, отношения между людьми.

Отмечу также, что у меня сильный аналитический, математический бэкграунд. Я обожаю язык цифр. Думаю, у меня четкий, ясный ум.

 

Было ли какое-то качество, которое вы совершенно не ожидали в себе обнаружить?

Да, у меня был такой случай как раз в России. Всю жизнь я находился в уверенности, что самый нетворческий человек на земле – это я. Такое вот убеждение на «задворках» сознания. Не то чтобы я сильно переживал, скорее, просто смирился и жил, трезво оценивая свои возможности. И вот однажды на каком-то тренинге в ходе беседы психолог меня спрашивает, что я люблю делать. Я ответил, что люблю готовить. Он спрашивает: «По рецептам?» Я сказал, что не по рецептам, а так, как считаю нужным. Тогда психолог заявил, что нетворческий человек не может готовить без рецептов, это можно делать только при наличии творческого начала.

Кроме того, в России я начинал главой сектора «Потребительские товары». В этом бизнесе очень многое значит правильный маркетинг. Долгое время я был убежден, что маркетолога из меня не выйдет. Но в ходе работы потихоньку пришло осознание, что я – неплохой маркетолог. Это отмечали мои коллеги, в том числе директор по маркетингу. С тех пор я постепенно сживаюсь с мыслью, что во мне все же есть творческое начало. Это откровение для меня.

 

Когда вам приходится принимать сложные решения, как это происходит?

К сожалению, я все время медлю с принятием тяжелых решений. Например, если приходится расставаться с кем-то из членов команды. Увольнять людей настолько сложно, что часто я откладываю эту задачу. Но, как показывает опыт: проходит несколько месяцев до того, как я принимаю окончательное решение, и мое первоначальное мнение оказывается верным.

А процедурно принятие сложных решений выглядит так. Три-четыре раза в неделю по вечерам я бегаю из офиса домой, так как живу в пешем доступе. Во время пробежки прокручиваю решение в голове, думаю, взвешиваю все «плюсы» и «минусы». Затем прихожу домой, выпиваю бокал вина, и тут оформляется единственно верный ответ. Чтобы потом еще раз не отложить решение, я сразу же беру телефон, если это требует звонка, и делаю соответствующее распоряжение.

 

Это касается только работы?

В личной жизни я иначе отношусь к решениям. Я вообще очень импульсивный человек: могу проснуться утром и решить, что нужно купить дом во Франции. Возьмем ту же релокацию в Индию. Кто-нибудь другой на моем месте взял бы паузу, посомневался. А я в тот же момент ответил: поеду!

 

Какое оно – управление в вашем авторстве? Что такое «менеджмент-стайл» Питера Вуллингса?

Я бы отметил несколько характеристик хорошего управленца, которые должны быть присущи каждому руководителю. Первое: быть на короткой ноге со своей командой. Лично я не люблю, когда между людьми есть

расстояния, какими бы они ни были – физические, виртуальные, психологические. Я всегда стараюсь быть близко с теми, с кем я работаю.

Второе – мотивированность, потому что твердо убежден: только мотивированные люди могут достичь успеха. Это очень важный элемент – для сильной, энергичной команды лишь небо является пределом.

Третье – я всегда за открытость, справедливость и отсутствие всяких подковерных политических игр. В атмосфере прозрачности, честности, справедливости и открытости можно достичь действительно больших успехов.

Четвертое – умение принимать решения, потому что команда всегда смотрит на руководителя и ожидает от него навыка принятия решений – сложных, быстрых, любых. Прожив в России около пяти лет, могу сказать, что здесь люди всегда хотят от лидера внутренней убежденности, сильной позиции. Если уж принимаешь решение, то нужно ему следовать.

 

Что вас вдохновляет на работу?

В первую очередь, вдохновение мне придает сотрудничество с людьми. Их много, они разные, особенно во времена, когда компания проходит через трансформацию. Интересно видеть, как меняются люди, как меняется их отношение к делу.

Думаю, что лучшей мотивацией служит успех. Когда есть успех, у тебя столько сил, столько ресурсов. Меняться, двигаться вперед: «Завоюем весь российский рынок!» Философия победителя, на самом деле, позволяет сворачивать горы. И нет лучшей работы, чем управлять организацией, которая добивается успеха и нацелена на покорение всего и вся.

 

Можете вспомнить рабочий урок, оказавшийся весьма полезным?

Да, припоминается такое из моей предыдущей работы. Одно время я был главным финансовым директором подразделения аудио-, видео- и мультимедиа. В тот период считались модными DVD-плееры и DVD-рекордеры. Рынок был на подъеме, мы поверили в эту категорию и начали много инвестировать в продукт, в маркетинг, особенно в R&D-разработки. Даже дошли до того, что перевезли весь R&D-центр из Вены в Сингапур. Но на каком-то этапе мы почувствовали, что идем не туда. Появились первые признаки того, что наше решение ошибочно. Но мы продолжали по инерции инвестировать огромное количество денег. А когда стало очевидно,

что путь тупиковый, нам понадобилось слишком много времени, чтобы железной волей прекратить движение в этом направлении. До сих пор я уверен, что это можно было бы сделать раньше, что мы избежали бы больших финансовых потерь. В этом, наверное, и состоял определенный элемент обучения, потому что, когда в Азии у нас был проект по водоочистительным продуктам, и возникла аналогичная ситуация, мы смогли принять решение вовремя.

 

В истории с плеерами какой была ваша роль?

В то время я был главным финансовым контролером, финансистом всего подразделения. То есть был первым человеком, который начал видеть, что цифры не очень хорошие. Но каждый раз, когда я подходил к генеральному менеджеру подразделения с этим вопросом, у нас появлялись какие-то внутренние аргументы, чтобы продолжать следовать выбранной стратегии. Тут я виню себя в том, что не был достаточно убедительным. Наши рекордеры выходили с девятимесячной задержкой, которая для рынка потребительской электроники неприемлема. Некоторое время мы делали хорошую мину при плохой игре, маскировали ситуацию с рекордерами результатами по другим категориям. Но потом это перестало быть возможным, потери оказались слишком значимыми. Сейчас мы все видим, что выбор стратегии был неправильным: DVD-плееров нет на рынке.

 

Как вы выстраиваете отношения с коллективом в новой стране и с постоянной командой?

В каждой новой стране или в новой профессиональной роли мне приходится создавать новую команду. И я всегда призываю себя внутренне не делать поспешных суждений о людях. Много раз мое первичное впечатление о человеке менялось со временем, моя жизнь учит тому, что хоть первое впечатление очень важное, но оно может быть обманчивым. Для меня это уже выученный урок, я никогда не пытаюсь судить о людях слишком быстро.

Второе, что тоже немаловажно, это – управление недостатками людей. У нас есть институт наставничества в компании. Я сам являюсь наставником 15 человек. В каждом из них вижу сильные и слабые стороны. Они настолько глубоко сидят в каждом из нас, что изменить или избавиться от них невозможно. Лучше строить команду, не борясь со слабостями игроков, а опираясь на их сильные стороны. Тогда уходит меньше времени впустую.

 

А своими недостатками вы научились управлять?

У меня тоже не получается избавиться от недостатков. Их много, но если отметить главные, то в первую очередь я очень нетерпелив: мне всегда нужно делать, решать и добиваться быстро – сегодня, сию же секунду. С этим трудно, практически нереально справиться. В этой части я сдался – буду уже так жить.

Второе – темперамент. Тут есть две стороны – я очень веселый человек. Но с другой стороны, я могу

быстро выходить из себя. Лет 10 назад впадал в гнев довольно часто и быстро. Сейчас могу его контролировать. Тут я отмечаю некоторый успех. Он небольшой, но есть.

 

Вам нравится, как складывается ваша жизнь?

Пожалуй, я даже чуть-чуть горд за самого себя. Оглядываясь назад, скажу, что дела могли пойти куда хуже. И если бы у меня был шанс прожить жизнь снова, я бы ее прожил так, как прожил.

 

Из настоящего – в будущее: какие планы, задачи, чего хочется?

Я хочу, как до этого говорил, продолжать наслаждаться жизнью, получать удовольствие. Это одна из основных моих целей, если ее можно назвать целью.

В профессиональной жизни не могу сказать, что я сверхамбициозный человек. Мой прямой руководитель «сидит» в исполнительном комитете в штаб-квартире компании. Он меня как-то спросил, каковы мои профессиональные планы. И знаете, не могу сказать, что хочу бросить на алтарь карьеры абсолютно все. Я честно ему ответил, что мне нравится делать то, что я делаю.

 И третье, наверное, хочу открывать для себя мир. Я голландец, но на родине работал всего три года. Зато восемь лет – в Азии и последние пять лет – в России. В мире так много всего, не раскрытого мною, неузнанного. Я знаком с индийской культурой, с китайской, с культурой Сингапура, теперь с русской. На земле еще столько нового для меня, и я бы хотел продолжать узнавать мир в его лучшем проявлении.